Желтые Жилеты. Разбор полетов

21.Январь.2019

Два дня подряд автору удалось изучать проблему французских «желтых жилетов» с позиции стороннего наблюдателя, но собственными глазами и главное – общаясь с теми, кто примкнул к жилетам.

Причем, со слов самих участников этого движения, оно началось на периферии, а уже потом – вспыхнуло в Париже. Если так оно и было, то мы изучали это явление примерно в том месте, откуда оно началось – в городе Бордо, расположенном на юго-западе Франции.

Желтые Жилеты

Исходя из того, что удалось услышать от местных жителей, они примкнули к движению потому, что «желе жон» остро ставят социальные вопросы и вопросы экологии, и это указывает на то, что именно такая форма движения могла возникнуть только в стране устоявшейся демократии, с успешной и развитой экономикой и вот почему.

Понятно, что социальные вопросы – крайне важны, и должны быть в центре внимания любого правительства, но вот в чем вопрос. Для большинства жителей планеты уже существующий социальный уровень жителей Франции – недостижимая мечта. Объективно, они живут гораздо лучше этого большинства. Причем, они как-то не могут сопоставить два взаимоисключающего факта – проблему нелегальных мигрантов и высокий социальный уровень собственной страны. Ведь из стран Африки и Азии идет волна мигрантов, а не наоборот, и это потому, что во Франции уровень жизни просто недостижимо выше, чем в во многих других местах. Но часть французов решила, что в стране — катастрофа именно в этом плане, и для того, чтобы хоть как-то повлиять на ситуацию, в положительном плане, можно ввергнуть страну в череду потрясений, а эти выступления, в сухом остатке, являются именно такими потрясениями.

Второй вопрос, который заставляет примыкать к движению добропорядочных французов, касается экологии, а именно – ее улучшения. Однако, и здесь они не улавливают очевидной взаимосвязи с их первыми требованиями о социальном уровне. Например, они уже давно живут сытой и спокойной жизнью, не имея действительно острых проблем и потому всерьез упираются квази-проблемами. Мы их относим к такой категории проблем вот почему. Если любого эколога или гринписа на неделю вывезти в Авдеевку или в Алеппо, когда ее Москва выжигала напалмом и рушила бетонобойными и вакуумными бомбами, и если бы он остался живым и вменяемым, то потом можно было заново пообщаться об исчезающих животных и растениях.

То есть, мы не умаляем глобальных проблем, которые имеет человечество, но рассуждать об этом будет лишь тот, кто регулярно и качественно питается, получает хороший медицинский сервис и просто у него не спилены напильником зубы и не прострелены колени. Если же офис и жилище эколога будет каждую ночь подвергаться обстрелу из 120-мм миномета, то как-то сомнительно, что в это время его будет волновать глобальное потепление.

Все это к тому, что сытое общество теряет связь с реальной жизнью остального человечества и решает проблемы, которые для него (человечества) сегодня стоят даже не в первом десятке приоритетов, и потому делать из этих проблем какую-то кровавую эпопею, значит – прямо демонстрировать отсутствие адекватного восприятия окружающего мира.

Второй момент связан с тем, что все более жесткие требования экологов обязаны опираться на баланс интересов. Чистый воздух, вода, деревья и олени в парке — это просто прекрасно. Однако чаща всего, давление экологов приводит к сворачиванию производств и вообще – производительной деятельности. Яркий тому пример – сланцевая революция в США. Геологическая разведка уже давно дала данные о гигантском месторождении сланца на юге США и разработка сланцевой нефти очень быстро обеспечила потребности самих Штатов, но для ее экспорта, не хватало транспортных мощностей, что тормозило добычу, а значит и прибыли добывающих компаний, бюджет недополучал налогов, а значит – ограничивались возможности его расходной части, в частности – на социалку.

Вроде бы цели были благородными – трубопроводы угрожали загрязнением окружающей среды и потому власти отказывали в разрешении на строительство.

Так было при Обаме, и как выяснилось, вся транспортировка сланцевой нефти обеспечивалась железнодорожным транспортом, а железная дорога, в той местности, принадлежала другу и спонсору Обамы, а тот оказался зеленее самого зеленого огурца, запрещая строительство нефтепроводов.

То есть, экологические требования и движения – положительное явление, но только если это не нарушает баланс здравого смысла. Ведь если послушать и почитать то, что требуют различные «экологи» и одновременно воплотить это в жизнь, то большая часть человечества просто вымрет. И опять же, эти вопросы бурно продвигают те, кто неплохо пользуется благами промышленности, которая и является основным прессом для экологии. Кроме того, часто экологические требования предполагают такие затраты на их удовлетворение, что становится вопрос о том, за какой счет их удовлетворять, и когда приходит время подвигать социалку, то жилеты – тут как тут. Они даже не понимают, что уподобляются тому чудаку, которому посоветовали либо одеть трусы, либо снять крестик.

Оказывается, что достойная и совсем не бедная жизнь постепенно генерирует инфантилизм, и люди перестают улавливать причинно-следственные связи происходящего вокруг. То, что происходит во Франции, является классическим случаем ситуации, когда она четко видна со стороны и совершенно не ощущается внутри самого движения.

Так, солидная по социальному статусу и возрасту семейная пара очень долго рассуждала о том, что они примкнули к движению только по нескольким пунктам его повестки дня, а остальное – не поддерживают. При этом – демонстрировали собственные жилеты, лежащие в багажнике автомобиля и массу фотографий с проводимых мероприятий. Все это смачно сдобрено тем, что вот это и есть проявление демократии в ее настоящем виде.

Концовка этого рассказа пришлась на промежуток времени, когда мы стояли в жесткой пробке на дороге, ведущей в центр Бордо. Навигатор показывал, что так происходить на всех дорогах, ведущих в центр. Комментируя это положение вещей, мужчина пояснил, что центр перекрыла полиция и потому – такие пробки.

Нам категорически отсоветовали ехать в центр города потому, что это будет не прогулка среди исторических достопримечательностей, а бег наперегонки с полицией, которая особо не разбирается с тем, кто перед ними – участники движения или совершенно посторонние люди. Оказывается, этот моцион там проходит каждые входные, в течение последних недель.




К счастью, мы успели побывать в центре города накануне, в пятницу и то, что мы увидели – повергло если не в шок, то уж точно – в уныние.

Мы и раньше писали о том, что сравнивать события во Франции с Майданом – бесполезно, и уже приводили аргументы, которые здесь повторять не станем, но увидев своими глазами «поле боя», утвердились в этих выводах окончательно.

Похоже на то что протестующие, наподобие наших знакомых, уже нашли для себя объяснение тому, что они видели сами и что творили на их глазах. В общем, исторический центр города оказался практически мертвым. Не было ни привычной уличной торговли уик-энда и вообще – никакой торговли. Разгромленные магазины стоят практически через один, а офисы банков – все до единого.

Из этого следует, что первой целью именно погромов стали банки. Нам неизвестна статистика, сколько банковских офисов подверглись разграблению, но то, что их пытались грабить – не вызывает никакого сомнения. То есть, последствия действий «жилетов» говорят сами за себя. Они стремились разгромить витрины магазинов и банков, чтобы добраться до ценностей.

И вот что характерно, местные жители не улавливают очевидного, что борьба за социальные условия и экологию, как-то не вяжется с теми действиями, которые оставляют зримые следы. Как может подняться уровень социальных стандартов, если разграбить банки?

Причем, мы наблюдали не просто разбитые витрины или витрины, уже наглухо закрытые деревом или даже кирпичами, а настоящий исход бизнеса из центра города. Во многих местах работали строители, делавшие одно и тоже – закрывающие окна и двери первых этажей различными щитами.

В общем, тут дело не в том, что люди вышли на протест, это как раз – хорошо и правильно. Если не бороться за свои права – то всегда найдется тот, кто попытается их урезать. Вопросы же экологии, которые остро ставят французы, тоже нужны и важны. Если они себе уже могут позволить выступать за какие-то моменты именно экологического характера – тоже о многом говорит. Но заявленные цели и средства, которыми они пытаются этого достичь – абсолютно не соответствуют друг другу.

Заметим, наш Майдан был намного более жестким противостоянием и в этом ни у кого не может быть сомнений, но при этом у нас не было ничего из того, что происходит во Франции. Никто не громил офисы банков и магазинов и никому просто в голову бы не пришло по городу жечь автомобили киевлян.

Более того, французы говорят о том, что если в их действиях и есть какие-то неприятные аспекты, то это от того, что движение – абсолютно стихийное, и в такой ситуации, всякое может случиться. Видимо, там очень слабо понимают то, как работает именно самоорганизация. Майдан показал ее в чистом виде. Те, кто участвовал в этом событии, не дадут соврать, как освистывали политических деятелей, которые пытались выдать себя за руководство Майдана. Их чуть ли не пинками со сцены сгоняли. Особенно – после очередных «переговоров» на Банковой. Причем, на самом Майдане все действовало исключительно в добровольном и не приказном порядке. Мне даже трудно себе представить, что бы случилось с теми, кто попытался громить окрестные магазины, прикрываясь Майданом.

Во Франции такого духа нет, и похоже – не было. Множество очагов активности «жилетов» говорит о координированности акций и накала их активности. И мы уверены, что где-то в глубине души участники этих мероприятий, которые примкнули к ним по каким-то своим соображениям, улавливают фальшь ситуации, но боятся себе в этом признаться.

Это проявляется как оговорка по Фрейду. Какой-то маленький штрих поясняет все. И мы нашли такой штрих. На заглавном фото видно, что участники мероприятия практикуют демонстрацию скомканного жилета под лобовым стеклом автомобиля. Зачем они это делают? А делают они это для того, чтобы их собственный автомобиль не постигла участь автомобилей других горожан. Известно, что для улучшения экологии и повышения социальных стандартов очень полезно жечь припаркованные автомобили частников. Видимо, чем больше будет их сожжено, тем лучше станет с экологией. И это можно было бы как-то понять, если «жилеты» напрочь отказались от передвижения на собственных автомобилях, или по крайней мере – они частично перестали ими пользоваться. Но ничего подобного. Сами они имеют эти автомобили, но отнюдь не желают, чтобы их сожгли в пылу уличных баталий. То есть, они прекрасно знают, что их действия приводят именно к этому, а потому – выкладывают жилет, как бы сигнализируя о том, что жечь надо чей-то другой автомобиль, а не его собственный.

В итоге получается ситуация, которую описал Лесь Подеревьянський в финале своей пьесы «Гамлет». Жилеты громят то, что никак не влияло на вопросы, которые они поднимают, но странным образом это самым непосредственным образом влияет на одну из самых заметных статей пополнения бюджета – туризм. Хуже того, они почти убили уличную торговлю в центре Бордо, и скорее всего – других городов, где они проводят свои акции. А ведь на туристах зарабатывали именно мелкие торговцы сувенирами, владельцы кафе и ресторанчиков и отельеры. Ведь никому в голову не придет поселится в отеле, который находится в эпицентре побоища и может быть в любой момент полностью заблокирован или еще хуже, с учетом того, как демонстранты любят все жечь. И это при том, что турист просто идет косяком для осмотра достопримечательностей и с желанием оставлять там свои деньги. Во многих французских городах доходы городского бюджета на половину формируются от прямых и опосредованных поступлений туристических денег. А ведь оттуда финансируется множество социальных и экологических программ, которые и стали официальной причиной выступлений.

Глядя на это со стороны и имея опыт Майдана, мы можем с уверенностью утверждать, что налицо – хорошо спланированная спецоперация, которая направлена на нанесения материального и морального ущерба стране противника. Если с материальным ущербом все примерно понятно, то проявление морального ущерба еще впереди. Постепенно уходит та сытая беспечность, которая стала визитной карточкой Старой Европы. Ведь очень трудно поверить, что владелец сожженного автомобиля и разгромленной пиццерии будет питать к «жилетам» теплые чувства, и чем дальше, тем расслоение и противопоставление различных групп французов будет давать негативные и долгосрочные эффекты. Чем дольше все это будет проходить в таком ключе, тем более вероятным станут необратимые изменения того, что все мы знали под именем Франция.

В принципе это – не хорошо и не плохо. Все течет и все меняется. Если они сами решили измениться, это – их право. Но как они будут жить с тем, когда выяснится, что это не они сами менялись, а их изменяли извне, целенаправленно и со злым умыслом?

АВТОР




загрузка...

Comments are closed.

Analytics Plugin created by Web Hosting